COMGUN
 



«    Декабрь 2016    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

  Архив новостей

Декабрь 2016 (2)
Ноябрь 2016 (31)
Октябрь 2016 (36)
Сентябрь 2016 (5)
Май 2016 (4)
Апрель 2016 (13)




Google+

Охота в моей жизни.
Охота в моей жизни.

художник Батурин Виктор Павлович

По определению В. Даля, охота есть ловля, травля или стрельба диких животных. Рассматривая охоту как вид человеческой деятельности, точнее не скажешь. Вместе с тем охота, по моему мнению, есть нечто большее, чем просто ловля и стрельба диких зверей и птиц в меркантильных или развлекательных целях.

Как известно, любая профессия либо досуг накладывают на личность определенный отпечаток, оказывают на нее то или иное воздействие. В большой мере такое влияние, причем положительное, оказывает на человека и охота. В сравнении с другими профессиями или досугом она имеет преимущество в том, что позволяет тесно соприкасаться с миром дикой природы, познавать те его стороны, которые скрыты от взора обычного человека; заставляет задуматься о единстве всего живого на земле и необходимости разумного к нему отношения. Недаром охотники являются наиболее горячими сторонниками мер, направленных на сохранение природы вообще и животного мира в частности.

Кто и как становится охотником? Найти точный ответ на вопрос довольно трудно. Философствуя не раз на эту тему и с собратьями по увлечению, и с коллегами по профессии, приходилось выслушивать разные, часто очень противоречивые мнения.

Есть, и немало, сторонников генной, то есть наследственной теории. По их мнению, охотниками становятся в основном те люди, родичи которых увлекались охотой. Конечно, если взять за пример коренных сибиряков, для многих из которых охота не так давно являлась средством существования, то даже среди молодежи, родившейся и постоянно проживающей в городе, установить "кровную" охотничью связь с предками можно. Однако, по моему глубокому убеждению, дело все же не в наследственности, а в воспитании, семейных и родовых традициях. Недаром в русской пословице говорится: "Кто у чего родится, тот тем и занимается". Преемственность профессий и увлечений в большинстве семей прослеживается четко. Встречаются, правда, охотники и в семьях, где охотой как видом трудовой деятельности либо досуга никто ни среди близких, ни среди дальних родственников никогда не занимался. Но это отнюдь не правило, а исключение.

К такому исключению, видимо, принадлежу и я, поскольку ни профессионалов, ни любителей охоты в своей родословной не помню. Впрочем, если взглянуть на свое воспитание глубже, вполне возможно, что поклонником Дианы я стал не совсем случайно. Отец всю жизнь увлекался живописью, был заядлым грибником, хорошо знал лекарственные травы. Малым ребенком брал он меня с собой на этюды, и пока писал, я бродил вокруг, собирая дары леса или разыскивая птичьи гнезда. Большая семейная библиотека дала возможность рано познакомиться с произведениями русских классиков, книгами знаменитых путешественников: Н. М. Пржевальского, А. Н. Северцова, Н. .Н. Миклухо-Маклая, В. К. Арсеньева, которыми я зачитывался и которые рано пробудили во мне стремление к познанию мира, странствиям. Со случайно подаренной кем-то западни лет в восемь пришло увлечение ловлей певчих птиц, а с 13-14 лет и охотой.

Надо сказать, что мне здорово повезло в становлении на охотничью стезю: моим ментором оказался большой знаток и любитель классических русских охот по перу Николай Николаевич Ильинский, живший в даче по соседству. Он не только познакомил меня с необходимой литературой, теоретическими основами охотничьего дела, но и, блестяще владея даром рассказчика, постоянно подогревал юношеское воображение былями о своих охотничьих похождениях. С помощью этого человека я приобрел первые практические навыки стрельбы влет, выбора места на вальдшнепиной тяге и утиной зорьке, тропления зайцев.

К концу школьного периода жизни стало ясно, что никакая другая профессия, кроме охотоведа, не сможет утолить мою охотничью "жажду". Так охота вывела меня на тернистый путь охотоведения. В свою очередь, специальность охотоведа, способствуя "кочевому" образу жизни, дала возможность познакомиться с огромным разнообразием природных ландшафтов, видов и способов охоты на бескрайних просторах нашего Отечества, овладеть на профессиональном уровне секретами охотничьего мастерства, познать в натуре (а не по книгам) географию Родины.

Я счастлив, что в отличие от многих соотечественников воочию видел и величавые снежные конусы вулканов Камчатки, и залитые слепящим весенним солнцем тундры Таймыра, и берега священного Байкала, и окруженные лесистыми сопками заливы озера Имандра, и таежные хребты Восточного Саяна, и пыльные степи Калмыкии, и глухие лесные деревушки в сердце России, и многое-многое другое. Я счастлив, что в уютных провинциальных городках, поселках и деревнях, название которых никогда не увидишь на мелкомасштабной карте Родины, мне повезло общаться с множеством простых тружеников - добродушных, гостеприимных, терпимых к любому насилию проводников утопических социальных идей.

Я рад, что, живя в каменном мешке городской квартиры, могу вдруг "уйти" из нее, проиграв в памяти видеозаписи тех мест, где бывал: снова увидеть, как, скользнув по еловым веткам, рухнет на снег сказочной коричневой бабочкой подстреленная куница, или как из покрытого росой черничника на краю соснового бора поднимется выводок глухарей, и одна из птиц свалится после выстрела; ощутить запах багульника на клюквенном болоте и услышать клики журавлей над старой колокольней в покинутой деревне, вспомнить аромат горящих березовых поленьев в русской избе и грустную мелодию песни про рябинушку. Образы прошлого позволяют мне забывать невзгоды, сохранять душевное равновесие и доброжелательное отношение к миру людей в сегодняшнее смутное и нервное время.

Еще недавно профессия охотоведа не относилась даже к среднеоплачиваемым. Латать трещавший по швам семейный бюджет помогала охота: очередные отпуска я проводил на пушном промысле и неплохо подрабатывал. Уединенная жизнь в охотничьих зимовьях никогда не была в тягость. Скорее наоборот. Предстоящему месячному отшельничеству я радовался, предвкушая избавление от надоевших условностей и мелочей городской обыденки. Лесное одиночество приучило надеяться только на себя, приспосабливаться к любым условиям существования, быть терпеливым, довольным минимумом бытовых удобств, развило наблюдательность, научило анализировать, предугадывать явления природы, поведение животных и применять эти знания на практике.

Но самое главное, что мне всегда давала и дает охота, так это ощущение свободы. Конечно, полностью уйти от регламентированного законами государства образа жизни невозможно даже на охотничьем промысле: надо соблюдать правила, сроки, нормы добычи диких зверей и птиц. Однако одно сознание, что над твоей душой не висит административная дубина, обязывающая строго придерживаться установленного распорядка рабочего дня, вкалывать "от звонка до звонка", что ты не обязан слушать скучных до тошноты моралистов от политики на партийных, профсоюзных и других собраниях, что можно ночевать, как говорится, под любым кустом, не имея на то соизволения органов паспортной системы, делало таежный промысловый труд радостным.

Лесная глухомань позволяла мне сбрасывать шелуху забот и волнений городского жителя. Каждый раз, возвращаясь с охоты в индустриальный, "цивилизованный" мир, я не перестаю удивляться жизни многих городских обитателей, чьи интересы не простираются дальше стремления к накопительству, приобретению вещей, тряпок импортного и отечественного производства, а досуг сводить к добровольному заточению у светящегося экрана, познанию страны и мира через газетную информацию и периодику.

Скитания с ружьем помогли мне лучше познакомиться с историей Родины, крестьянским бытом, русскими песнями, пословицами, поговорками, приметами, понять и оценить заложенную в них и дошедшую до нас из глубины веков народную мудрость. Охота в полном смысле слова воспитала и мои эстетические вкусы. Только благодаря ей я стал по-настоящему понимать поэзию, особенно те ее стороны,, которые касаются описания картин и явлений природы, симфоническую музыку. Правда, моя личная трактовка темы симфонических произведений отличается от той, которую часто навязывают музыкальные критики. В сочинениях великого Бетховена, например, они видят почему-то социальные потрясения, переживания личности, а я - только звуки и картины природы. В свою очередь, благодаря постоянно хранящимся в памяти образам литературной и музыкальной классики я, наверное, никогда и не чувствовал себя одиноким на промысле и не ощущал, как другие, настоятельной необходимости в постоянном общении с людьми.

Навыки профессионального охотника вместе с приобретенной еще в детстве и отрочестве привычкой к крестьянскому труду дают мне возможность чувствовать себя независимым человеком, а не винтиком государственной машины, рабом индустриального комплекса, позволяли на всем отрезке пройденного жизненного пути быть уверенным в завтрашнем дне. Я рад, что по моему пути сейчас идет и один из сыновей, променявший блага городской цивилизации на беспокойную жизнь охотоведа и охотника в отдаленном уголке России.

Пусть не подумает читатель, что охота и охотоведение - одно и то же. Первое, как уже говорилось выше, - процесс выслеживания, преследования охотничьих животных, заканчивающийся в случае удачи их отстрелом или отловом. Второе - наука, предусматривающая на основе глубоких знаний по биологии, экологии, поведению диких зверей и птиц, экономике и технике добычи разработку и внедрение в практику мероприятий, обеспечивающих расширенное воспроизводство и рациональное использование охотничьих ресурсов. Венцом любой охоты является охотничий трофей, венцом (в упрощенном смысле) работы охотоведа - объем собранного охотниками с "охотничьих полей" "урожая" диких и пушных зверей. Незнание охоты, так же как и незнание агрономом технологии уборки выращенной им какой-либо сельскохозяйственной культуры, в значительной степени обесценивает труд специалиста-охотоведа. К счастью, охота и охотоведение были всегда для меня неотделимы, больше того, дополняли друг друга, делали работу по специальности такой же увлекательной, как и любимый досуг.

Буду рад, если это краткое повествование о моей жизненной охотничьей тропе поможет читателям до конца своих дней сохранить привязанность к охотничьему делу, а среди молодого поколения найдутся последователи интересной профессии.

А. Сицко

Журнал "Охота и охотничье хозяйство", № 4, 1991 г.

Ключевые теги: охота



Другие новости по теме:

Просмотров: 1179   Автор: space 25-12-2012, 16:25    Напечатать   Комментарии (0)

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Авторизация
Поиск по сайту


Топ новостей
Студия Сергея Донцова. Уникальные картины на зеркале.
Яндекс.Метрика